Кавказ… Прекрасный и гордый край, воспетый Пушкиным и Лермонтовым. Белые шапки вершин, черные зубья скал, стройная зелень сосновых лесов, говор голубых и рев коричневых рек и история — древняя, новая и совсем недавняя. Сибиряки решили отправиться в поход перевалами Центрального Кавказа
Все участники этого похода на Кавказ в 1972 году — работники Новосибирского завода точного машиностроения. Руководитель похода инженер-конструктор Борис Костин — отличный альпинист и турист, музыкальная душа нашего туристского коллектива. Знает уйму песен. Сопровождает пение на мандолине, в отличие от остальных туристов, которые, как правило, играют на гитаре. Мне стоило больших трудов уговорить ребят провести очередной отпуск на Кавказе, а не в сибирских горах, в которых они любят путешествовать. В целом поход всем понравился. Да и группа-то была на зависть: все из одного коллектива, не раз проходили вместе сложные маршруты Камчатки, Таймыра, Саян, Алтая, Хамар-Дабана, Кузнецкого Ала-Тау, Тянь-Шаня и других районов Советского Союза. Ниже приведен рассказ о походе Бориса Костина.
Паршин Алексей
«Кавказ подо мною…»
Помни, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
на Бассе, могилы под Ушбой,
Помни, товарищ, помни, дорогой…
(«Баксанская», песня военных лет)
Кавказ… Прекрасный и гордый край, воспетый Пушкиным и Лермонтовым. Белые шапки вершин, черные зубья скал, стройная зелень сосновых лесов, говор голубых и рев коричневых рек и история — древняя, новая и совсем недавняя. Давно хотелось попасть в этот овеянный легендами край, но невольно мешала боязнь — а вдруг там все исхожено, затоптано, заплевано. Опасались еще одного — как бы на маршруте не пришлось толкаться локтями. Слишком уж много там лагерей, турбаз, палаточных городков и других эдемов, охваченных организованным отдыхом трудящихся масс.
Все оказалось так… и не так. Горы прекраснее, чем в самых пылких мечтах, а организация туризма, что греха таить, намного хуже, чем где бы то ни было.
Группа у нас подобралась сильная. Костяк составили опытные, бывалые туристы — Паршин Алексей (заместитель руководителя), Козлова Валя, Сулейманов Марсель, Сидорчукова Зина, Савиных Александр, но были и новички в туризме — Лаунина Людмила, Лаунин Борис, Бабейский Анатолий. Впрочем, горный туризм в отличие от лыжного на заводе пока в самом зачаточном состоянии (это первый поход третьей категории), и большинство из участников похода имеет очень небольшой опыт хождения в горах.
Снаряжение неплохое — ледорубы, веревки, крючья, кошки, карабины, все были обуты в отриконенные ботинки. Сначала ужасались их небывалому весу, но быстро оценили все остальные преимущества. Имея такие силы и средства, группа избрала достаточно сложный маршрут, насыщенный физическими и техническими трудностями, разнообразный и интересный. И прошла его, в общем, хорошо.
План похода предусматривал прохождение маршрута в три этапа. Первый этап (тренировочный) прошел через перевалы Донгуз-Орун, Басса, Ильича — места ожесточенных сражений с фашистами, рвавшимися через Кавказский хребет; второй этап — восхождение на Эльбрус (докуда пустят) и, наконец, главный — через сложные перевалы Гумачи и Местийский. Основная база — поселок Терскол у подножия известной горы Чегет.
Утром 21 августа вышли на маршрут. Настроение отличное — удалось, наконец, поставить нужную печать в маршрутке и пристроиться к плановой группе на канатке (далеко не всегда работающей). Под мерный скрип канатов справа постепенно вставали грандиозные вершины Эльбруса, слева — неприступная, грозная стена Донгуз-Орун-баши.
Приэльбрусье… Здесь ровно 30 лет назад, в августе 1942 года, произошли первые схватки с ворвавшимися в низовье Баксанского ущелья фашистами. Обученные, откормленные, вооруженные до зубов группы «эдельвейсов» рвались к перевалам через Главный Кавказский хребет. В конце августа им удалось захватить Эльбрус и установить на вершине свои штандарты (гарнизон «Приюта 11» был малочисленным и врага не ждал). Но прорваться в Закавказье врагу не удалось. На перевалах встали насмерть бойцы наших горнострелковых частей. 1500 жителей переправили через перевал Бечо шестеро бойцов-альпинистов. Через Донгуз-Орун ушла измотанная в длительных боях дивизия генерала Купарадзе, были угнаны тысячи голов скота, перенесены десятки тонн ценной вольфрамовой и молибденовой руды. Бойцам-альпинистам пришлось делать до сотни рейсов через Донгуз-Орун.
… Вот и остановка кресельной дороги — кафе «Луна» («Ай» — по балкарски). Высота 2750 метров. Влево уходит тропа на перевал. На пути к перевалу — памятники защитникам Кавказа, остатки военного снаряжения и , кости, кости… Перед самым перевалом, на огромном камне, противотанковая пушка образца 1942 года, смотрит, как и прежде, на север, откуда шли фашисты.
Перевал обычно несложен для прохождения, но сейчас конец лета, лед открыт, идти не просто. Сверху летят камешки, под ногами часто — брошенное снаряжение, патроны.
Последнее усилие, и мы на перевале. Высота 3203 метра. Памятники, остатки землянок, пулеметные диски. Враги до перевала не дошли.
Быстрый спуск по камням. Опять много костей — лошадиные, коровьи. На спуске растянулись. Появились первые ушибы, мозоли и первые выговоры — плохо еще знают ребята, где кроется в горах опасность, а она всегда рядом. Приходится за ними следить, но трудно, — сильные, черти, не всегда угонишься.
Спуск по леднику с прыжками через трещины, и дальше — по осыпям. Внизу, на морене — остатки траншей, памятник. Здесь проходил передний край. Фашисты, прошедшие через Чипер-Азау, пытались взять перевал Басса.
Перевал Ильича оказался трудным и интересным, пришлось пустить в ход ледорубы, кошки, веревки. Замыкающим идет Леша. Еще веревка вниз. Наконец можно идти без страховки. Быстрый вниз, и мы опять у подножия Чегета.
А теперь — впереди Эльбрус. Дорога неинтересная и несложная, по ней ходят бульдозеры. Кругом черные мрачные глыбы базальта, гнейсы. Эльбрус, все-таки бывший вулкан.
Выходим на ледник. Еще немного вдоль столбов — и мы в гостинице «Приют 11», построенной в 1936 году. Здесь в феврале 1943 года бойцы-альпинисты штурмовали Эльбрус и сорвали фашистские флаги. Незадолго до нашего прибытия во льдах был найден труп бойца. Высота солидная — 4200 метров. Но это еще не все. Рано утром выходим на штурм. Идти не трудно. Небо постепенно розовеет у горизонта, холодея темной синевой в вышине. Начинаешь понимать краски Рериха. В лучах восходящего солнца сияет двурогая красавица Ушба. Скоро наш путь пройдет рядом с ней. А пока…
Горы не шутят, шапкозакидательство наказывается ими беспощадно. Каждый должен знать, какому риску он подвергает группу, продолжая идти сверх возможного.
Но у ребят хороший боевой задор. Темп нормальный. Встречаются возвращающиеся группы альпинистов — немцев и наших. За поворотом, над седловиной начинаю верить в успех. Трудно, очень трудно даются последние метры, и вот вершина! Высота- 5500. Сильный холодный ветер грозит сбросить обратно, приказ «шевелиться, не сидеть». Над огромным полем вершины несется свирепый ветер, у края поля — памятники. Рядом лежит небезызвестный мотоцикл, два года штурмовавший Восточный Эльбрус и оставшийся здесь сам памятником упорству, воле человека.
Не все дошли до вершины, кому не хватило нескольких сот, кому — нескольких десятков метров, но это и неважно; главное каждый сумел сам рассчитать свои силы. Теперь — вниз, снова в путь, к Ушбе, в Сванетию.
А вот красивейшее ущелье Адыл-Су. Журчат ручьи, срываясь в черные огромные, дышащие холодом трещины. Сверху сыплет град. Узкий снежный мост, толщиной сантиметров в тридцать, ведет через трещину, переползаем на страховке, и тут же ледовая стена. Ледовый обрыв на всю веревку, спуск рюкзаков. Сорвавшийся рюкзак летит прямо на меня, успеваю увернуться. Радостный крик спустившегося Егорыча: «Зина, я здесь».
Второй спуск — на всю веревку. «Егорыч, не дергай веревку, ледоруб ненадежен». Выходим на скалы. Еще хуже. И опасно. Мешают рюкзаки. Нет, на льду лучше,- «Спускаться на ледник!». Неудачно пристегнул Егорыча, карабин вывернулся, хорошо, что держался руками. Вот и лед, но разве здесь можно идти? Марсель: «В общем, для туризма это непроходимо». , уходим опять на скалы, полочка узкая, наклонная, посыпанная камешками — на каждом шагу загреметь можно. Нет, надо опять на лед. Забиваю крюк, ребята смотрят на эту железку с большим сомнением, но спускаются. Держу веревку. «Отпусти! Ой, держи, еще не вишу! Ой, не держи, вишу!». Ладно, там разберемся. Осторожно травлю веревку. Крюк оставляю. Спускаюсь по двойной. Еще несколько акробатических этюдов — сорвался Егорыч, удачно зарубился ледорубом и мы на осыпи, затем на тропе.
Уже темнеет. Несемся на максимальной скорости вниз. К хижине подходим уже в темноте. Вова бежит вниз — искать воду. Хижина красавица, человек 30 влезет. Переодеваемся. Начинает грохотать гроза. Приходит группа альпинистов — идут после смены к морю, тоже через перевал. Сполохи молний кругом: над нами, по сторонам и даже ниже — хижина стоит на огромной скале. Утром, до завтрака, уходим с альпинистом Сашей (ребята зовут его «Волкодавом») на склон, вешаем веревку, готовим места для страховки.
Слева в скалы вбит железный кол — для страховки. Здесь начинается подъем на перевал Местийский. Когда-то здесь проходил наш первый главковерх и альпинист, нарком юстиции Николай Крыленко. Вырубая ступени, огибая трещины, медленно поднимаемся на перевал
.
Вот и он. Высота 3750. Теперь вниз, в Сванетию. Но без приключений не обошлось. Идем след в след — трещины присыпаны свежим снегом. Впереди связка альпинистов. Вдруг крик, все вроде на месте, только чернеет дырка в снегу. «Веревку!». «Минька, ты цел?». И Сашка-Волкодав: «Без паники!»
Выстраиваемся у веревки и вытаскиваем из черной глубины ледника Миньку вместе с гитарой и рюкзаком. Идем осторожно. Справа все время гремят камнепады, пара «чемоданов» прошла рядом.
Еще немного выкрутасов и спускаемся на ровный ледник — прямо шоссе среди гор. Быстро уходим к Местии. До нее от перевала 18 км. Но внизу ледник приготовил сюрприз — несколько километров навороченных в диком хаосе глыб, в основном «живых», ссыпанных в крутое скальное ложе ущелья. Место достойное прекрасных строк Данте. С трудом спускаемся к реке, вырывающейся из-подо льда. Вечереет. Устали. Дождь. До Местии не дойдем. Останавливаемся посреди камней. Утром дождик стихает. Еще немного продираемся через камни и кусты и выходим на хорошую конную тропу. Несколько часов пути — и перед нами открывается Местия со своими высокими, чуть ли не тысячелетними башнями. Здесь, в селении Ланчвали, родился национальный герой Сванетии, великий спортсмен и великий человек, альпинист Михаил Хергиани. Здесь он и похоронен — прямо перед церковью Джаграг (Св. Георгия), входящей в состав краеведческого музея. Ребята рвутся к морю, на заслуженный отдых. Пользуемся окном в погоде и вылетаем в Зугдиди.
Поход окончен. Конечно, не все шло гладко и просто. Трудностей хватало. Но уже сейчас, через короткое время, ребята с удовольствием вспоминают свои нелегкие шаги и тихонько вздыхают: скорей бы снова в путь!
Борис Костин
